Воссоединенный виртуальный архив
Осипа Мандельштама
English                            Russian

Введение

Мировая мандельштамиана

Архивы и собрания

ГАОПИВО

ГАРФ

МААФД

МВД

РГАЛИ

ЦА ФСБ

Поиск

Пишите:
mandelstamworld@gmail.com

МААФД > Воспоминания. 1931-1932 Список химическим карандашем рукой Х.Вистендаля, с правкой красным карандашем рукой О.А.Ваксель. 182 лл. (Л.152-156 авторской пагинации)

Название документа (по описи)Воспоминания. 1931-1932 Список химическим карандашем рукой Х.Вистендаля, с правкой красным карандашем рукой О.А.Ваксель. 182 лл. (Л.152-156 авторской пагинации)  
Описание (по описи)Ф.5. Оп.1. Д.204. Л.78об.-80об. 5 л. 
Листы (по описи)
АвторВаксель О.А. 
Дата 
ЗаголовокВоспоминания 
Текст 152
история кино и политграмота. Сначала поступило человек 50, потом понемногу уходили по тем или иным причинам и, когда началась более серьезная работа и съемки, оставалось человек 15.
Около этого времени я снова встретилась с одним поэтом и переводчиком, жившим в доме Макса Волошина в те два лета, когда я там была. Современник Ахматовой и Блока из группы "акмеистов", женившись на прозаической художнице, он почти перестал писать стихи. Он повёл меня к своей жене (они жили на Морской), она мне понравилась, и с ними я проводила свои досуги. Она была очень некрасива, туберкулезного вида, с желтыми прямыми волосами и ногами, как у таксы. Но она была так умна, так жизнерадостна, у нее было столько вкуса, она так хорошо помогала своему мужу, делая всю черновую работу его переводов. Мы с ней настолько подружились: я – доверчиво и откровенно, она – как старшая, покровительственно и нежно. Иногда я оставалась у них ночевать, причем Осипа отправляли спать в гостиную, а я укладывалась
153
спать с Надюшей в одной постели под пестрым гарусным одеялом. Она оказалась немножко лесбианкой и пыталась меня совратить на этот путь. Но я еще была одинаково холодна как [к] мужским, так и [к] женским ласкам.
Всё было бы очень мило, если бы между супругами не появилось тени. Он еще больше, чем она, начал увлекаться мною. Она ревновала попеременно, то меня к нему, то его ко мне. Я, конечно, была всецело на ее стороне, муж ее мне не был нужен, ни в какой степени. Я очень уважала его как поэта, но как человек он был довольно слаб и лжив. Вернее, он был поэтом в жизни, но большим неудачником. Мне очень жаль было портить отношение с Надюшей, в это время у меня не было ни одной приятельницы. Ирина и Наташа уехали за границу, ни с кем из Института я не встречалась, я так пригрелась около этой умной и сердечной женщины, но всё же Осипу удалось кое в чем ее опередить: он снова начал писать стихи, тайно, потому что они были посвящены мне. Помню, как провожая меня, он просил меня зайти с ним в "Асторию", где за
154
столиком продиктовал мне их. Они записаны только на обрывках бумаги, да еще ... на граммофонную пластинку. Для того чтобы говорить мне о своей любви, вернее о любви ко мне для себя, и о необходимости любви к Надюше для нее, он изыскивал всевозможные способы, чтобы увидеть меня лишний раз. Он так запутался в противоречиях, так отчаянно цеплялся за остатки здравого смысла, что было жалко смотреть.
В конце 1924 г. А.Ф. решился отдать мне ребенка. Это событие было облечено большой торжественностью. Ребенок уже учился ходить, но не говорил еще ничего, кроме "мама". Теперь мне не было надобности приходить к А.Ф., каждый раз как я хотела повидать ребенка, зато он сам стал часто появляться и проявлять свое неудовольствие по всякому поводу.
Для того чтобы иногда видаться со мной, Осип снял комнату в "Англетере", но ему не пришлось часто меня там видеть. Вся эта комедия начала мне сильно
155
надоедать. Для того чтобы выслушивать его стихи и признания, достаточно было и проводов на извозчике с Морской на Таврическую. Я чувствовала себя в дурацком положении, когда он брал с меня клятву ни о чём не говорить Надюше, но я оставила себе возможность говорить о нем с ней в его присутствии. Она его называла "мормоном" и очень одобрительно относилась к его фантастическим планам поездки втроём в Париж. Осип говорил, что извозчики добрые гении человечества. Однажды он сказал мне, что имеет сообщить мне нечто важное и пригласил меня, для того чтобы никто не мешал, в свой "Англетер". На вопрос, почему этого нельзя делать у них, ответил, что это касается только меня и его. Я заранее могла сказать, что это будет, но мне хотелось покончить с этим раз и навсегда. Я ответила, что буду. Он ждал меня в банальнейшем гостиничном номере, с горящим камином и накрытым ужином.
156
Я недовольным тоном спросила, к чему вся эта комедия, он умолял меня не портить ему праздника – видеть меня наедине. Я сказала о своем намерении больше у них не бывать, он пришел в такой ужас, плакал, становился на колени, уговаривал меня пожалеть его, в сотый раз уверяя, что он не может без меня жить и т.д. Скоро я ушла и больше у них не бывала. Но через пару дней Осип примчался к нам и повторил всё это в моей комнате [-] к возмущению моей мамаши, знавшей Надюшу, которую он приводил к маме с визитом. Мне еле удалось уговорить его уйти и успокоиться.
Как они с Надюшей разобрались во всем этом, я не знаю, но после нескольких телефонных звонков с приглашением с ее стороны, я ничего о ней не слыхала в течение 3-х лет, когда, набравшись храбрости, зашла к ней в Детском Селе, куда они переехали, и где я была на съемке.
 
Комментарий 

Сканы. Кликните, чтобы увеличить изображение.